Рассказы

Качели жизни. Часть 3. Авария.

By  | 

(Вернуться в начало рассказа).
Зазвонил телефон. Таня схватили трубку. Она ждала этот звонок.
— Танюша, родная, я уже в Борисполе. Сейчас возьму такси, спешу в Киев на вокзал и завтра утром буду дома. Я очень скучил за тобой. Я тебя люблю!

А как она волновалась и скучала без него! Не виделись всего несколько дней, а казалось – вечность. Надо обязательно заехать к нему на квартиру, купить продукты, что-то приготовить. Хорошо, что она уже навела там порядок.

Обвешана сумками с продуктами, Татьяна открыла дверь и вошла в квартиру Юрия. Она не сразу сообразила, что это именно в его квартире звонит телефон. Татьяна подбежала в комнату и схватила трубку.
— Это квартира Юрия Вереста? – спросил незнакомый голос.
— Да, — настороженно ответила Татьяна.
— А с кем я говорю? – снова спросил тот же голос.
Татьяна немного задержалась с ответом, а потом уверенно сказала:
— Я его жена. А в чем дело?

Абонент что-то неуверенно промычал, а потом тихо сказал:
— Вы не волнуйтесь. Ваш муж жив. Понимаете, случилась автомобильная авария. Есть пострадавшие. Ваш муж тоже. Его доставили в больницу без сознания. Идет операция. Будем надеяться, что все обойдется.

Татьяна до боли в руке сжимала трубку. «Нет, нет. Это не он. Они ошиблись. Я ведь так его жду».
— Вы меня слышите? – уже громче сказали на втором конце. – Что вы молчите? Если можете, приезжайте в Киев. Верест лежит в городской больнице в Дарнице на Красном хуторе. Это недалеко от въезда в город со стороны Борисполя.

В трубке звучали короткие гудки. Татьяна сидела на стуле не в силах что-то сделать. Мысли крутились только об одном: «С ее любимым случилась авария. Он может умереть. Его надо спасать. Она обязана его спасти. Она должна быть возле него».

На вечерний поезд в Киев она еще успевает, но надо очень поторопиться. Самое необходимое – в сумку. Документы, деньги, что-то из одежды.

Татьяна уснула тревожным сном только под утро. Всю ночь она крутилась на вагонной полке. Несколько раз тихонько всплакнула в подушку, боясь разбудить соседей по купе. Она жалела себя. Ну почему ей так не везет в жизни? Она не могла вспомнить ни одного дня, когда была бы по настоящему счастливой. Под строгим контролем родителей она хорошо закончила школу, затем институт, работа бухгалтером в одной организации, затем в другой, затем в третей, где, наконец, почувствовала какое-то удовлетворение от своей полезности в коллективе. Но радость сменилась предательством и судом. А замужество? Она не любила своего мужа. Просто уходили годы, школьные и институтские поклонники поженились, а она все оставалась без любви и без надежды на нее. Вот и подвернулся Эдуард, ее сослуживец. Начал красиво ухаживать, и она не устояла. Год совместной жизни не принесли радости ни ей, ни ему. Когда она попала под суд, Эдуард сразу же подал на развод. Она спокойно отнеслась к его решению и согласилась.

И вот теперь, когда появился свет в конце тоннеля ее безрадостной жизни, когда она полюбила и стала любимой, когда она увидела солнечные дни, зеленую листву на деревьях, услышала пение птиц – вдруг все это может исчезнуть? А зачем тогда ей жить? Кому она нужна в этом огромном мире, где каждый занят своими делами, и им нет никакого дела к другим.Татьяна отвернулась к стенке вагона и заплакала.

К больнице Татьяна приехала на такси, когда посетителей еще не пускали. Попытки прорваться внутрь успехом не увенчались. И только через час, под видом жены Вереста и разрешения врача, ей удалось проникнуть в реанимационную палату, где лежал Юрий. Он лежал без движения, подключенный к различным аппаратам, поддерживающим его жизнь.

Хирург, который его оперировал в бригаде других хирургов, никаких прогнозов на давал. У Юрия был перелом правой руки, сломано четыре ребра, повреждена печень, задето легкое и еще масса других повреждений.
— Знаете, — сказал хирург Татьяне, — все это, в принципе, не совместимо с жизнью. То, что пострадавший жив, уже чудо. Сейчас он в коме. Остается только надеяться, что он выйдет из этого состояния.
— Доктор, я вас очень прошу, можно мне остаться возле мужа в качестве сиделки. Все равно я не уеду из больницы. А так хоть какая-то польза будет от меня.
— Такое разрешение может дать только заведующий хирургическим отделением. Вы подождите здесь, я с ним переговорю.

Татьяна получила разрешение остаться при пострадавшем в качестве помощницы сиделки, получив предварительно все инструкции. Она сидела возле Юрия, тихонько гладила его руку и всматривалась в закрытые глаза.
— Юрочка, любимый мой, это я, Таня. Ты просил меня очень тебя ждать. Я жду, очень жду. Ты только возвращайся ко мне, не оставляй меня.

Татьяна шепотом обращалась к нему, надеясь, что он услышит ее слова и очнется от глубокого сна. Сиделка с грустью смотрела на Татьяну. Она не верила, что больной вернется к жизни, но была рада своей помощнице.

Ночью пришла другая сиделка, посмотрела на приборы, на склоненную над кроватью Татьяну и вышла в сестринскую узнать новости из жизни больницы.

На следующий день все оставалось без изменений. Юрий лежал в забытьи, тихо шумели и щелкали приборы. Заходили врачи, медсестры. Меняли растворы в капельницах. Все это выглядело как-то буднично, с оттенком безразличия. Никого не волновало то, что лежит человек на грани жизни и смерти. Наблюдают, словно сделаны ставки «выживет- не выживет». Татьяна бегала от врача к врачу, но те только разводили руками и спешили к другим больным.

Прошло четыре дня. В хирургическом отделении Татьяна стала уже своей. Ночью она могла немного поспать на кушетке в сестринской, подменяла на длительное время сиделок, делала уборку в реанимационной палате, где лежал Юрий.

От постоянного волнения и недосыпания Татьяна устала. Иногда она засыпала просто у кровати Юрия, и тогда медсестры уводили ее в каморку и укладывали на кушетку. Через несколько минут она бежала в палату, садилась возле постели и говорила-говорила-говорила. Она рассказывала Юрию о своей жизни, о своих родителях и друзьях, о том, что он скоро выйдет из больницы и у них начнется прекрасная и счастливая жизнь. Ведь она очень его любит, а эта страшная авария уйдет в прошлое. Татьяна верила, что Юрий ее слышит, что он идет на ее голос и скоро вернется к ней.

Иногда ее охватывала жуткая тревога, что все ее усилия напрасны и возможен страшный конец. Надо кому-то звонить, звать на помощь. В Южнобугск она позвонила на второй день, рассказала о трагедии. Там поохали-поахали, выразили сожаление, но ничем помочь не смогли. А родители Юрия? Ведь они ничего не знают. Им надо сообщить. По справочнику Татьяна нашла номер телефона районной больницы в Камельне. Немного поколебавшись, она стала звонить.

Утренняя планерка у заведующего хирургическим отделением закончилась и Тамила вышла в коридор.
— Тамила Игоревна, Вам кто-то звонит из Киева, — обратилась дежурная с телефонной трубкой в руках.
— Мне? Из Киева? Странно. Кто же это может быть? Ало, доктор Тамила Березенко вас слушает.
— Тамила, Вы меня не знаете. Меня зовут Татьяна. Мне очень надо как-то связаться с родителями Юрия Вереста, — голос в трубке был взволнован и сбивчивый.
— Погодите, что случилось с Юрой? Зачем Вам его родители и кто Вы?
— С Юрой случилась автомобильная авария. Ему сделали операцию, но вот уже четыре дня он в коме. Врачи не дают никаких прогнозов. Мне кажется, что родители должны знать об этом.

Сдерживая рыдания, Татьяна сообщила адрес больницы.
— Татьяна, успокойтесь. Я сейчас же выезжаю к вам. Что касается родителей – разберемся на месте. У мамы Юрия больное сердце, и я боюсь сообщать ей эту весть. Я должна сначала разобраться.

Тамила быстро вернулась в кабинет заведующего отделением.
— Стасик, извини. С Юрием Верестом беда. Он лежит в коме в Киевской больнице. Я должна там быть. Все подробности потом. Через двадцать минут будет электричка. Я должна успеть.

Не ожидая ответа от Станислава, Тамила быстро вышла из кабинета, оставив его с открытым ртом.
«Вот и появился снова этот Юрий, — подумал он. – А ведь они в свое время договорились о никаких попытках связи с Тамилой.
Смотрите окончание рассказа.

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply