Рассказы

Предательство и измена. Имеют ли они срок давности? Окончание.

By  | 

(Вернуться в начало рассказа «Предательство и измена«).
— Я хорошо понимаю женщин. У вас наряду с любовью существует еще логическое мышление, трезвая оценка своего будущего. Я назвал бы это «инстинктом самосохранения». Выбирая объект любви, вы пытаетесь оценить претендента в мужья с точки зрения возможности как физической защиты будущей семьи, так и финансового благополучия. И это разумно. Вот только не всегда совпадают любовь, сила и богатство, поэтому так часто рушится семейное счастье.

Они сидели в уютном кафе вдвоем за столиком, стараясь отвлеченными разговорами снять напряжение в отношениях. Зоя смотрела в глаза возмужавшего Юрия и видела совершенно другого человека, не того, которого она когда-то любила. А была ли это любовь? Возможно, действительно она инстинктивно выбирала защитника ее будущей семьи, и Юра тогда не прошел эти испытания. А сейчас? Зоя опустила глаза. Ей стало неловко за свои мысли. «Неужели так действует на меня несколько глотков вина?» — подумала она и почувствовала, что краснеет.

Юрий отпил глоток вина и продолжил:
— Скажи мне, ты счастлива?
— А что ты называешь счастьем? — в свою очередь спросила Зоя, все еще рассматривая сервированный стол. — Ведь оно слишком разнолико. Да, я счастлива, что у меня есть сын. Я его очень люблю. Я счастлива, что у меня есть муж.
— А ты его любишь? – не удержался Юрий.
— Я счастлива потому, что у меня есть хорошая квартира в столице, что я не бедствую, что у меня есть хорошая работа, — продолжила Зоя в каком-то запале, не обращая внимания на вопрос Юрия. – А вот ты счастлив?

Юрий отпил еще глоток вина.
— Ты правильно задала вопрос – что такое счастье. Извини за прямоту, но ты счастлива своим, женским счастьем. Его атрибутику ты назвала. Это семья, дети, относительное богатство. Я такое счастье называю удовлетворением жизнью. Для меня счастье – это любить и быть любимым. Ты скажешь, что я снова стал слишком сентиментальным. Может быть, но это мое понимание счастья. Оно у меня за эти восемь лет не изменилось. А все остальное – успех, карьера, достаток – это вторично, это хорошее дополнение к счастью.

Зоя молчала. Юрий еще раз пригубил вина и продолжил.
— Счастлив ли я сам? Я просто доволен своей жизнью. У меня есть хорошая квартира, хорошая машина, любимая работа, хорошие друзья, относительно богат. Но у меня нет любимой женщины. Поэтому я не могу ответить на твой вопрос положительно.
— Я прошлась коридорами твоего Центра и увидела много красивых девушек, женщин. Вот только секретарша у тебя женщина в возрасте. Неужели за эти восемь лет ты так и не смог выбрать себе жену?
— О да, сотрудницы у меня красивые, есть и холостые, мечтающие о своем женском счастье. Я где-то вычитал одно, на мой взгляд, удачное выражение: «Есть много тех, с кем хотелось бы лечь в постель, но мало тех, с кем хотелось бы просыпаться». И этим все сказано. А что касается моей секретарши, Людмилы Фёдоровны, то я выбрал ее специально, чтобы избежать любого соблазна. Она мне здесь, как мать.

Выпитый бокал вина немного снял скованность в откровенном разговоре, и Зоя, взглянув лукаво в глаза Юрия, спросила:
— А меня ты относишь к большинству, или к меньшинству?
— Восемь лет назад, о которых ты упомянула, я отнес бы тебя к меньшинству. Наверно, мне было бы приятно с тобой просыпаться. А сейчас, — Юрий немного подумал и продолжил, — сейчас я нелюбим и не люблю. Слишком тяжелый груз воспоминаний, чтобы отнести тебя даже к большинству.

Она не ожидала такого ответа на свой провокационный вопрос.
— Ты меня так и не простил, — глядя на недопитое вино в бокале с грустью ответила Зоя.
— Есть вещи, за которые прощать очень сложно. Мы не дети, они по десять раз на день просят друг у друга прощения и тут же забывают обо всем. А есть предательство и измена.

Зоя допила вино и поднялась со стула.
— Уже поздно. Спасибо за ужин и за отнятое у тебя время. Завтра я уезжаю домой.
— Погоди, сядь. Ты снова спешишь. Личное есть личное, и не надо путать его с работой. За откровенный разговор о личном я прошу у тебя прощения, а по работе предлагаю следующее. Завтра приходи ко мне в Центр часам к одиннадцати. Возможно, мы вместе найдем какое-то решение по испытанию твоей установки.

Юрий расплатился за ужин и вышел вслед за Зоей на улицу.
— Пока, — сказала Зоя, даже не оглянувшись на него.
— До завтра, встречаемся в одиннадцать, — крикнул Юрий и долго смотрел ей вслед.

Весь вечер Юрий провел за компьютером. Он искал в интернете информацию по половолоконным мембранам для разделения газов, по мембранным модулям, их характеристикам и промышленному применению. Он искал возможность нормального завершения Зоей ее трехлетнего труда.

Поздней ночью, уставший, Юрий лег в постель, но сразу уснуть не получалось. Мысли о том, что он сегодня все делал не так, не давали ему покоя. Зачем было обижать женщину, которую он когда-то любил? Кто дал ему право осуждать ее выбор? Каждый из нас много раз делает свой выбор в жизни, а правильный он или нет, к сожалению, узнаем значительно позже. В свое время Юрий сделал очень важный выбор жизненного пути, когда бросил все и уехал работать простым аппаратчиком на химическом предприятии. Было это хорошо или плохо Юрий до сих пор не определился.

Проснулся он поздно и в спешке поехал на работу. Надо было до прихода Зои переговорить со своим заместителем о делах в Центре, при необходимости, дать соответствующие указания. Юрий надеялся, что Зоя не уехала, и деловой разговор все же состоится. Он очень хотел с ней увидеться и снять неприятный осадок с души. Он просто обязан был это сделать, он обязан был попросить у нее прощения.

Зоя пришла только к двенадцати часам. Она долго сомневалась в целесообразности повторной встречи, но сознание того, что она приехала в командировку решать не личные, а институтские вопросы, заставило ее появиться в кабинете директора Центра.
— Добрый день, я немного опоздала, но, если есть такая возможность, я хотела бы получить окончательный ответ по поводу испытаний установки.

Все это было сказано монотонно, буднично. Ее уставший вид говорил о том, что ночь для нее была не такой уж спокойной.
— Здравствуй, Зоя. Я тебя ждал.

Юрий поднялся из-за стола и пошел ей навстречу.
— Все хорошо? Отдохнула? Сейчас нам Людмила Федоровна принесет по чашечке кофе, чтобы взбодриться. Я, если честно, позавтракать не успел, проспал.

Зоя остановилась посреди кабинета, пораженная переменами в голосе Юрия. Она его не узнавала. Что могло случиться за прошедшую ночь? Она не надеялась на такой теплый прием. Хотела даже зайти к главному инженеру, просить его помощи. Но тот был занят, и она пошла в Центр.

— Прежде всего, я прошу у тебя прощения за вчерашний день, — продолжал Юрий, помогая ей с сумочкой и чертежами. – Наверно, что-то было с магнитными бурями, — пошутил он, стараясь разрядить обстановку, сгладить свою вину.
— Извинения принимаются, и кофе я выпью с удовольствием, — еще не совсем уверенным голосом ответила Зоя.

Людмила Федоровна, секретарь Юрия, принесла кофе с печеньем. Напряжение было снято. Начался разговор о больших изменениях в городе за восемь лет, о красивом здании Научно-исследовательского Центра, воспоминания о проведенной в этом городе преддипломной практике.

— Ну, что же, приступим к планам по испытанию установки, — сказал Юрий.
— А что, ты нашел какой-то выход и решил мне помочь?
— Кое-что нашел. Есть несколько вариантов решения проблемы. Все зависит от того, на какие жертвы ты согласна пойти. Но в любом случае, я хотел бы рекомендовать тебе еще немного поработать над диссертацией.

Зоя испуганно подняла на него глаза.
— Ну, если не хочешь, можешь тащить сюда свою установку, и мы проведем ее испытания в линии подачи азота в аппараты с пожароопасными веществами. Там действительно требуется инертная среда с относительно небольшой концентрацией азота. Хотя и в этом случае потребуется немножко изменить конструкцию газоразделительного модуля и провести некоторые дополнительные исследования. Я могу тебе в этом помочь.
— А другие варианты? – спросила Зоя повеселевшим голосом.
— Да, есть и другие варианты, но они потребуют время на проведение дополнительных исследований и значительных изменений в конструкции модуля. Но это будет действительно твоя разработка, хорошая научно-исследовательская работа, заслуживающая присвоения звания кандидата технических наук.

Их беседа затянулась на несколько часов. Юрий объяснил Зое суть своих предложений, были взвешены все за и против, найдены разумные компромиссы.

— Спасибо тебе, — тихо сказала Зоя. – Но, ты ведь понимаешь, я должна посоветоваться с моим руководителем.
— Естественно. А кстати, кто у тебя руководитель?
— Мой Николай.

Наступило неловкое молчание.
— Узнаю Зайцева, — как бы про себя сказал Юрий.
— Что ты имеешь в виду?
— Зоя, извини за прямоту. Но неужели твой Николай не видел слабые стороны твоей работы? Неужели он не мог подсказать тебе какие-то решения и как руководитель, и просто как муж, в конце концов? Но это ваши семейные дела. Я не хочу в них вмешиваться.

Зоя молчала.
— Знаешь, ты не говори ему, что это я дал свои рекомендации. Скажи, что это коллективное решение научно-технического совета нашего центра.

И снова тишина. То ли усталость, то ли воспоминания о давно прошедших временах, испортили атмосферу разговора.
— Не грусти, — сказал Юрий. – Все будет хорошо. Уже почти вечер. Поехали снова в город в наше кафе.
— А ведь ты так и не показал мне свою квартиру. Может поужинаем у тебя?

Юрий внимательно посмотрел на Зою. Он не ожидал такого предложения. Разные мысли закружились в его голове. Что она имеет в виду? Зачем это ей надо? Да, в дурацкое положение попал ты, Юра.
— Извини, но, пожалуй, не стоит, — как-то неуверенно ответил Юрий. – В моей холостяцкой квартире такой беспорядок, что ты поставишь меня в неловкое положение. Да и в моем холодильнике «мышь повесилась». Я ведь питаюсь в основном в столовой или кафе.
— Это ты меня извини. Я не подумала.

На следующий день они снова встретились на платформе вокзала.
— Ну, что же, будем прощаться? Если решишься на какое-то мое предложение – можешь рассчитывать на мою помощь. Но, почему-то мне кажется, что твой руководитель не захочет сотрудничать с нашим Центром и будет искать другое предприятие для испытания установки.
— Не знаю, — смущенно ответила Зоя. Но в любом случае – большое тебе спасибо. Я рада, что мы расстаемся друзьями.

Она подошла ближе к Юрию и поцеловала его в щеку.
— Всего тебе хорошего и еще раз – спасибо.

Юрий еще долго стоял на платформе, провожая взглядом уходящий поезд. Несколько лет тому назад, когда они расстались, Юрий часто представлял будущую встречу с Зоей. Каждый раз он видел себя успешным руководителем, возможно даже главным инженером предприятия. А Зоя? Да она тысячу раз пожалеет, что ушла от него, надеясь на твердую поддержку Николая и хорошее материальное обеспечение.

Проходили годы, злость и обиды стирались в памяти. И вот реальная встреча. Юрий стал директором научного Центра, ученым. Но хвастаться этим перед когда-то любимой девушкой у него не было никакого желания. Да, волны обиды периодически накатывали на него в течение этих трех дней, но тут же уходили, словно в песок. Говорят, что от любви к ненависти – один шаг. Его любовь прошла через обиду, сожаление, а вот ненависти, к счастью, не было. Так, может быть, предательство и измена в любви все же имеют срок давности?

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply