Рассказы

Безнадёжная надежда. Часть 3. Случайная встреча.

By  | 

(Окончание рассказа. Вернуться в начало)
Сергей возвращался из очередной однодневной поездки, поэтому в машине он был без напарника. Отсутствие собеседника тяготило его. В голову лезли различные мысли о смысле его жизни, об одиночестве. В последнее время он стал замечать, что ему нравится одиночество. Он ни от кого не зависит, ему не надо ни под кого подстраиваться, делает он то, что ему нравится или необходимо в данный момент. Что это – духовная зрелость или подступающая старость? А может потеря доверия к людям? Ведь доверие – это фундамент крепкого здания отношений. Не потому ли с возрастом влюбленность приобретает более прагматичный характер из-за накопленного опыта отношений?

— Ну нет, – сам себе сказал Сергей. – Такие философские рассуждения не для меня. Да еще за рулем в дороге. Пора проситься в отпуск. Отдохнуть где-то в глуши, в лесу. Вон какие красивые грибы продают вдоль дороги.

Сергей хотел было остановиться, чтобы купить немного даров леса, но передумал. Зачем они ему, кто их будет готовить? В детстве каждое лето он отдыхал у бабушки в селе на опушке леса. Там он научился разбираться в них, любил собирать. Какое беззаботное и счастливое было детство! Как быстро оно ушло.

Машина поднялась на пригорок. Впереди открылась изумительная картина лесного массива, разрезанного прямой дорогой, спускающейся вниз к мосту через речушку и затем устремленной вверх к очередному пригорку. Сергей часто ездил этой дорогой. Он знал, что там внизу раскинулось большое село с красивыми, утопающими в зелени садов домиками.

«Это почти картина моего детства, — подумал Сергей. – А ведь здесь можно было бы отдохнуть».

Село приближалось. Закончился лес, появилась первая улица, отделяющая лес от села. Сергей притормозил и свернул на эту улицу. Он решил сделать предварительную разведку возможности аренды комнаты на пару недель. Решение было спонтанным. Скорее всего, это было чувство ностальгии по забытому детству.

Он остановился возле красивого дома с чердачной комнатой. С обеих сторон дорожки от калитки во двор ровными линиями красовались цветы, за ними – ряды кустов смородины и крыжовника, а дальше – груши и яблони с налитыми плодами. Во всем чувствовалась умелая рука заботливой хозяйки и уют, к которому часто стремятся сельские жители. На открытой веранде сидели за столом две женщины и о чем-то тихо разговаривали.

— Здравствуйте хозяева, – прервал их беседу Сергей, входя во двор. – Я прошу прощения за беспокойство. Скажете, не сдает ли кто-нибудь здесь комнату на пару недель для тихого отдыха на природе?

Женщины переглянулись.
— Нет, мы не знаем, – ответила та, что постарше. – Незнакомого человека вряд ли кто-то согласится принять в дом. Уж извините за прямоту.
— Да я понимаю. Бывают разные случаи. Но я могу оставить свой паспорт, свой адрес в городе, домашний и рабочий телефоны.
— Скажите, а кто вы? – приветливо спросила молодая женщина и внимательно посмотрела на Сергея.

Что-то знакомое почудилось Сергею в ее голосе. У него была плохая память на лица. Работая со многими заказчиками доставки грузов, он с трудом узнавал их во второй раз. Особенно их имена. Вот и сейчас Сергей перебирал в памяти всех своих знакомых. Он все больше убеждался в том, что где-то уже видел эту красивую женщину.
— Простите, а мы не могли видеться раньше? – вопросом на вопрос после некоторой заминки ответил Сергей. – Я понимаю, это звучит слишком банально, поэтому еще раз прошу меня простить.
— Значит, Вы меня не узнали, – грустно ответила женщина и улыбнулась. – Вас зовут же Сергей?
— Да, я Сергей. Вы меня знаете?
— А Вы все еще живете в той квартире, что купили у меня пять лет назад?
— Так Вы Таня? Господи, как я мог Вас забыть?
— Что, сильно изменилась?
— Изменились? Да, до неузнаваемости. Особенно Ваше лицо. Теперь на нем нет страха, оно посветлело. Нет ощущения, что Вы вот-вот расплачетесь. И глаза стали другими. У них появился цвет. Они, мне кажется, голубые. Ведь так? Я рад за Вас.

Татьяна смущенно опустила глаза. Она не ожидала, что этот обычный мужчина, с которым она встречалась пару раз, чтобы показать квартиру, и затем, чтобы подписать какие-то документы, так уловит ее нынешнее физическое и психологическое состояние. Прошло пять лет с тех пор, когда она в отчаянии не знала, как жить дальше, и имеет ли она право вообще на жизнь. Ведь из-за нее погиб ее муж. Пусть не она убила мужа, но это сделал из-за нее Николай в порыве безнадежности своей любви. В свое время обоих она любила, оба были ей дороги. Так за что же ей пришлось такое пережить и обоих потерять?

— Мама – обратилась Татьяна ко второй женщине. – Я знаю этого человека. И хоть он принес нам самые тяжелые воспоминания, может быть, мы приютим его на пару недель в чердачной комнате?
— А как же Лена, – спросила мать. – Ведь это ее комната.
— Лену переселим вниз. Я ее уговорю.

Сергей даже не ожидал такого быстрого и отличного решения вопроса о месте отпуска и был готов уже со следующего дня его начать. Вместе с Татьяной по наружным ступенькам они поднялись в чердачную комнату и спланировали небольшую перестановку мебели. Прибежала Лена, уже почти взрослая девушка, так похожа на свою мать. Она немного расстроилась от необходимости переселения вниз, но затем под натиском Татьяны согласилась.

За чаем с вишневым вареньем и блинами со сметаной незаметно пролетело время. Солнце село, наступали сумерки. Сергей спохватился, ведь ему надо было еще более часа ехать в город, ставить машину на стоянку транспортной компании и затем добираться домой. Он поднялся из-за стола, поблагодарил дружную женскую компанию и направился к калитке.
— Погодите, — вдруг остановила его Галина Ивановна, мать Татьяны. – Это как-то не по-людски. Уже почти ночь. Зачем же ночью куда-то ехать. Начинайте осваивать свою комнату, а утром поедете.

Сергей особенно не возражал. Ему не хотелось оставлять это милое семейство, теплый уют окружающей обстановки, пьянящий запах цветов и спелых фруктов. Он понял, как ему не хватало все эти годы чувства семьи, тихой заводи, где можно отдохнуть от ежедневного физического и нервного напряжения от мелькающих перед глазами разных людей, которые постоянно чего-то хотят от тебя и с которыми всегда надо быть вежливыми. Ведь они начальники или заказчики, а с ними спорить нельзя.

Не ожидая ответа от Сергея, Галина Ивановна повернулась и бросила на ходу:
— Так и решили. Вы тут еще немного посидите, а я поднимусь в комнату и приготовлю постель.

Сергей вернулся на веранду. Они остались вдвоем с Татьяной. Лена ушла еще раньше в сельский клуб. Там проходил концерт художественной самодеятельности, и она должна была петь в школьном хоре. Сергей ждал вопроса о Николае. Сам он не хотел поднимать эту тему. Он не знал, имеет ли он право рассказывать Татьяне истинную картину произошедшего пять лет назад. Ведь это был секрет Николая. И самое главное, как отнесется к открывшейся правде Татьяна. Сможет ли она сменить гнев на милость?

Но избежать разговора о Николае не удалось. Смущаясь и опустив глаза с плохо скрываемым равнодушием, Татьяна спросила:
— А в квартире Ваших соседей сейчас кто живет? Там жил Николай, который убил моего мужа.
Сергей немного задержался с ответом обдумывая каждое слово, чтобы не сказать лишнего.
— Он там и живет. Недавно вернулся из заключения. Работает на мебельной фабрике. Мы с ним часто встречаемся по-соседски как два холостяка. Подружились. Он хороший парень.

Татьяна молчала. Из всего услышанного она почему-то отметила слова, что он холостой. Неужели она до сих пор думает о нем, неужели она может его простить за убийство мужа? Но ведь он защищал ее от избиений и унижений пьяного мужчины. Он сознался в содеянном в то время, когда она смирилась с неизбежностью тюремного заключения. Он просто спас её. Но зачем же такой ценой? Возможно, после её ухода Валерий был жив. Не мог он умереть от удара сковородкой. Зачем, зачем, зачем Николай это сделал?

— Последние несколько лет жизни с Валерием для меня постепенно превращались в ад. Я не знаю почему Валерий так изменился. Я его любила, сильно любила. Да и он меня любил. Я в это верила, ждала его, когда он вернется из армии. Как мы были счастливы в первые годы после свадьбы! А потом, после рождения нашей Аленушки, мы стали отдаляться друг от друга. Кстати, Аленушкой стал называть ее Николай. Она иногда убегала к его матери, учительнице младших классов. По сути, там она научилась читать, писать, считать. Мать Николая была очень хорошей женщиной. В детстве, когда мы с Колей учились в одном классе, каждый год сидели за одной партой, я тоже забегала к ним домой. Там я научилась делать вишнёвое варенье. Там всегда меня угощали чаем с блинами со сметаной и вишнёвым вареньем.

Татьяна затихла. При свете электрической лампочки ее лица казалось слишком бледным, задумчивым. Чаще всего из детства и юности мы вспоминаем приятные моменты, хотим еще и ещё раз вернуться в ту романтическую беззаботную жизнь, вернуть надежду на ее повторение. Умом понимаем, что прошлое не вернуть и ворошить его не стоит, но иногда так хочется…

— Таня, — прервал молчание Сергей, — когда мы смотрели чердачную комнату, я заметил на тумбочке красивую настольную лампу. На одной грани абажура были выпилены слова «Тане от Коли». Это подарок?
— Да, это подарок. Последний подарок Николая на мой день рождения. Как давно это было. Валерий злился на меня за эту лампу, хотел её выбросить. Я не разрешила, отдала в комнату Алёне.
— Похоже, он Вас сильно любил.
— Вы думаете, это была любовь? Мы были друзьями, хорошими друзьями. К настоящей любви мы еще не были готовы. Я сказала бы это была детская влюблённость.
— А может быть, первая любовь? В одних она переходит по Вашей оценке в настоящую любовь, а другие позже только вспоминают о ней, как о романтическом времени.

Татьяна повела плечами и ничего не ответила.
— Простите – не унимался Сергей. – А как сейчас Вы относитесь к Николаю? Вы могли бы его простить или хотя бы поблагодарить за Ваше спасение?
— Не знаю. Я понимаю, что виновата перед ним. Наговорила ему много глупостей, когда попросила свидания перед судом. Ведь я любила своего мужа, отца моей дочери. Зачем Николай так грубо влез в нашу жизнь? Я не помню, какими словами обзывала его. Сказала, что отныне он для меня не существует, и чтобы он никогда не пытался со мной встретиться.

У Татьяны задрожали губы. Она отвернулась, чтобы скрыть накатившиеся слёзы. Немного успокоившись, она продолжила.
— Вы спросили о моём прощении сейчас. Прошло достаточно времени, чтобы осмыслить прошлое. Зачем таить в себе обиду? Вот вчера, например, меня обидел один больной. Я работаю медсестрой в нашей поликлинике. Он долго ждал очереди к врачу, а я шла по коридору. Он и вылил на меня всю свою злость. Думаете, мне не было обидно? Но потом успокоилась. Возможно, у него на душе было очень плохо. Так и в жизни. Одни стараются всем помочь, а другим эта помощь кажется навязывающей. Одних мы любим, а с другими не хотим даже встречаться. Со временем это может меняться, а обиды уходить. Всё определяется временем, жизненным опытом, способностью понимать другого человека. Теперь я понимаю, что тот, кто старается быть рядом с вами и в хорошие и в плохие времена, заслуживает большего доверия. У каждого должен быть такой человек, которому можно было бы, как говорят, поплакаться в жилетку. Может быть, в лице такого человека я потеряла Николая.

После некоторой паузы Татьяна сказала:
— Вопрос состоит не в том, простила ли я Колю, а в том, простил ли он меня.

«Ей обязательно надо встретиться с Николаем, — подумал Сергей. Может быть, надо всё ей рассказать»?
— Таня, а Вы уверены в том, что в тот вечер Сергей врывался к вам в квартиру, ссорился с Валерием, толкнул его? Вы вообще видели Николая в тот день, или днём раньше?
Татьяна удивленно посмотрела на Сергея.
— Вы о чем? Я не знаю. Мне как-то было не до этого. Я помню, что на следующий день он приходил ко мне, расспрашивал, утешал.
— И Вы не знали, что он целую неделю был в командировке и вернулся домой только на следующий день после трагического случая?
— Не может быть, откуда Вы это взяли?

Испуганными глазами Татьяна, не отрываясь, смотрела на Сергея.
— А Вы помните, когда день рождения мамы Николая?
— Да, когда и у меня, – как-то растерянно ответила Таня.
— Вот именно. В этот день он пригласил меня на тройной праздник. О двух праздниках Вы уже знаете, а третий – это его освобождение. Мы вдвоём просидели весь вечер за откровенной беседой. Я не знаю почему, но Николай решил исповедаться мне, рассказать всё то, что хранил в себе весь срок заключения. Он просил меня никому об этом не рассказывать, чтобы не навредить Вам. Но мне кажется, Вы должны об этом наконец узнать. Могу Вас заверить – он ни в чем не раскаивается. Так может сделать только сильно любящий мужчина. А Вы говорите «детская любовь».

Татьяна неподвижно сидела за столом, уставившись взглядом в одну точку. Её друг детства отдал пять лет жизни, лишь бы с ней не случилась беда. А как поступила она?
— Так что же, выходит, это я убила своего мужа?
— Ну, почему же. Вполне возможно, после Вашего ухода Валерий отправился в кухню, добавил в себя хорошую порцию водки, свалился со стула и ударился виском об угол стола. Ведь Вы оставили его в коридоре, а лежал он в кухне возле стола. Ведь так? Конечно, это моё предположение, и мне кажется, что оно верное.

Татьяна сидела все в той же позе. Затем она склонилась над столом и начала тихо плакать. Сергей не знал, как её успокоить и надо ли это делать. Ему было жаль эту красивую молодую женщину, с которой так жестоко обошлась её судьба. Где-то он читал, что счастье – это побочный продукт правильного мышления. Но вот что такое правильное мышление, как его распознать?

Татьяна перестала плакать, вытерла лицо руками и пошла в дом, пожелав на ходу спокойной ночи. Сергей не стал задерживаться и поднялся в чердачную комнату. Он долго не мог уснуть, прокручивая в голове разговор с Татьяной. Нет, он не жалел о выдаче тайны Николая. Чем больше думал, тем больше убеждался, что сделал правильно.

На улице пропели петухи, залаяли собаки, зашумели автомобили. Село просыпалось. Сергей спустился во двор, подготовил фургон к поездке. Из дома вышла Татьяна. В руках она держала дорожную сумку. По лицу было видно, что сон в эту ночь обошел её стороной.
— Серёжа, можно я с Вами поеду в город?
— Конечно, место в машине есть. Мне будет веселее.

Из дома вышла Галина Ивановна.
— Сережа, хоть ты мне скажи. Что случилось? О чем вы вчера говорили? Таня всю ночь просидела в спальне или на веранде, а утром решила податься в город. Хорошо, что сегодня воскресенье, не надо идти на работу. Ты уж проследи, чтобы она вернулась с тобой вечером домой.
— Галина Ивановна, не беспокойтесь. Значит Тане что-то срочно понадобилось в городе. Надеюсь, что вечером мы вернёмся.

В дороге они почти не разговаривали. Татьяна вся была в своих мыслях. Она ехала на встречу с Николаем. Как он её встретит? Что скажет в своё оправдание она?
Сергей тоже размышлял. Он практически был уверен, что всё будет хорошо. За Николая он не беспокоился, он верил в его искренность. А вот Татьяна… Как она себя поведет? После вечернего разговора в ней что-то сломалось, она стала иной.

Сергей улыбнулся. Так это он выступает в роли сводника? Случайная встреча может решить судьбу двух людей. А была ли эта встреча с Татьяной случайной? Возможно, она была запрограммированной? Об этом Сергей недавно где-то читал. Он был категорически против теории фатализма, предрешённости всех событий на Земле. Тогда как же объяснить всю его жизнь за последний месяц?
Сергей не стал дальше задумываться о превратностях судьбы. Он был уверен, что безнадёжная надежда становится реальностью. И в этом есть его заслуга.
Вернуться в начало рассказа.

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply